Главная
  Новости
  Интервью, эссе, воспоминания
  Каменная летопись войны
  Участники проекта
  Наши ветераны
  Ссылки
  Памятка участника
  О проекте
  О нас
Интервью, эссе, воспоминания (2010 год) > Университеты > Из воспоминаний Антонины Васильевны Арзамасовой

Прошло много лет, как закончилась война. И всякий раз, когда весь народ празднует Победу, на память приходят все ужасы военных дней, когда мы, молоденькие, старались своим трудом приблизить этот великий праздник.

...Немец подходил к Сталинграду. У нас в Черном Яру слышен был грохот орудий. Все, что нужно было для фронта, поступало из Ахтубинска. Но немец разбомбил дорогу. И вот нас, четверых девочек, двоюродных сестер Арзамасовых – Александру Гавриловну и Антонину Васильевну (меня), Мамонову Марию, Марину и Настю посылают в Ахтубинск, чтобы чем-то помочь. Но как туда добраться? Через Сталинград нельзя. И нас решили отправить через Волгу на тот берег, а там мы должны были добираться до Ахтубинска пешком. По Волге шел лед. Громадные льдины, наползая друг на друга, вздымали воду. Было страшно.

Нам дали проводника, который хорошо управлял лодкой. Сажал в лодку по двое. «Так лучше,- говорил он.- Иначе перетонете». Видели бы вы лица наших матерей, провожавших нас. Они стояли на берегу, плакали и молились богу за нас. Переправившись на противоположный берег, мы двинулись пешком. Ночевали на хуторах. Помню, как мы с сестренкой попросились к одной старушке. Когда вошли в избушку, нас обдало запахом пареной тыквы. Мы были голодные, ведь что дали мамы в дорогу, то уже съели. Да и что тогда они могли нам дать? Бабушке, приютившей нас, мы старались навязать свои услуги - вымыть пол, принести водички. Конечно, она нас накормила тыквой. А утром, когда уходили, она накормила нас оладьями, в которых было больше какой-то травы, чем муки. Но зато к оладьям она подала арбузный мед. Мы были так благодарны этой старушке!

Так, пешком, голодные, дошли мы до Ахтубинска. Поместили нас в каком-то холодном бараке. В большом помещении стояла огромная печь и несколько деревянных нар без всякой постели. Мы стали работать. Дали нам ломы, чтобы бить мерзлую землю. Но мы были очень рады тому, что выдали по 500 г хлеба и один раз в день кормили обедом.

На работе мы собирали всякие дощечки, чтобы истопить печь, хотя бы немного согреться и на ужин сделать кипятка. Спали в одежде, потому что было холодно.

Работали мы с пленными румынами. Это были молодые парни. Может, чуть постарше нас. Какие же мы, русские люди, сердобольные! Нам было жалко этих ребят. Они работали без рукавиц. Обматывали руки тряпьем, чтобы брать раскаленный морозом лом и бить мерзлую землю. А нам наши мамы положили запасные варежки, и мы с сестрой отдали эти варежки двум румынам. Как они нас благодарили!

Работали днем на морозе, а ночью спали в холодном бараке. Долго мы бы так не протянули. И решили мы бежать домой. Волга давно уже стала. Мы решили добираться до Черного Яра по Волге. Встали очень рано. По льду идти было очень трудно. Но погони за нами не было. Может, заметили, что нас нет на работе только те парни, которым мы отдали варежки. Сгущались сумерки, когда мы подошли к родному селу. Но как ступить на берег - около него образовалась наледь. Мы разулись и пошли по ледяной воде. Так хотелось скорее попасть домой - к маме. Из дома нас никуда не пускали, боясь, что увидят и сочтут дезертирами. Слава Богу, все обошлось.

Через некоторое время мы с сестренкой поступили на рыбозавод, где и проработали всю войну и после нее, вплоть до 1950 года. На рыбозаводе мы получали по 150 грамм хлеба и обед, если можно его так назвать. Мужчин здесь почти не было, за исключением нескольких пожилых. Весь труд лег на плечи женщин-солдаток и нас, девочек. Мы разгружали плашкоуты с рыбой, заготавливали лед на весеннюю путину для посола сельди. Скалывали пешнями лед с баркасов, чтобы их не раздавило. Ездили в лес заготавливать дрова. Давали нам одного мужчину, чтобы показывал, как правильно свалить дерево. Мы двуручными пилами подрезали дерево, а потом распиливали его на куски, чтобы грузить на плашкоут. Зимой ездили за дровами на лошадях, верблюдах. Сами научились их запрягать.

Был такой случай, который едва не стоил жизни моей сестренке, Александре Гавриловне. Заготавливали лед. По эстакаде шла цепь до воды. Здесь мужчины зацепляли цинк с крючком за льдину, и льдины друг за другом поднимались по эстакаде наверх. Отцепляла крючок с громадной льдиной Александра. А мы должны были выключить мотор и пешней ослабить цинк с льдиной. Шура поспешила, и рука ее попала между крючком и цепью. Шура шла по эстакаде вместе с льдиной, приближалась к мотору. Мы подбежали к мотору, чтобы выключить его, но он никак не выключался. Тогда мы в страхе с криком разбежались, оставив Шуру одну. Но, наверное, бог пожалел ее. На счастье, шел какой-то мужчина. Он увидел страшную картину и выключил мотор. Наша Шура была спасена. Мы, все девочки, плакали, что все так обошлось.


Машины с рыбой мы разгружали на фронт днем и ночью. Женщины работали преимущественно днем: у них были дети. А мы, девочки, - ночью. Работали при фонарях. Мы с Шурой хорошо пели песни. Женщины-солдатки говорили нам: "А ну, сестры, спойте что ли? Все грустно и грустно..." С фронта приходили нерадостные вести. И, несмотря на такой тяжелый труд, мы пели песни тех далеких военных лет. И становилось радостно на душе, как у того бойца "от хорошего ее письмеца".

"И врага ненавистного крепче бьет паренек,
за любимую Родину, за родной огонек"...
Помню все это, как будто все было вчера…

Баркас с плашкоутом обслуживал рыболовецкие бригады. Старица, Черный Яр, Соленое Займище... Однажды ушел баркас с плашкоутом и не вернулся. Подорвался на мине. Погиб капитан, Ефремов Николай, девушка-машинистка и те, кто был на плашкоуте. Все это происходило у нас на глазах.


... В 1946 г. Мы с Шурой были награждены медалями "За доблестный труд в Великой Отечественной войне", а впоследствии - медалями к 30-ти и 40-летию Победы над Германией.

Прошло много лет. Женщины, с которыми мы работали, ушли из жизни. Умерла и спутница моей военной юности, сестренка Шура.

Всему народу желаю только мира. Нашим детям и внукам  - только чистого неба.

Материал собран 
студенткой исторического факультета АГУ
Т.В. Стадник