Главная
  Новости
  Интервью, эссе, воспоминания
  Каменная летопись войны
  Участники проекта
  Наши ветераны
  Ссылки
  Памятка участника
  О проекте
  О нас
Интервью, эссе, воспоминания (2010 год) > Университеты > Из воспоминаний Дружинина Александра Владимировича

Родился я в 1927 году, 11 апреля в городе Сталинграде. Отец, Дружинин Владимир Михайлович, родился в 1903 году, 27 мая в селе, которое раньше называлось Пришиб – теперь Ленинск. Кончил курсы или медицинское училище провизоров и получил звание провизора. А мама родилась 13 октября 1906 года тоже в селе Пришиб/Ленинск. Она закончила при Астраханском медицинском институте курсы стоматологов, получила звание зубного врача и всю жизнь проработала детским зубным врачом. А отец всю жизнь проработал фармацевтом, провизором. Отправили они меня после рождения в село Капустин Яр, теперь это Знаменск к моей бабушке, Татьяне Игнатьевне Булановой, у которой я прожил 3 года. А в 1930 году родители мои переехали, отец получил назначение заведующим 5-й аптекой – это на Больших Исадах, рядом с хлебзаводом им. Горького. Там же была школа им. Горького, в которую я ходил с 6 лет. В 1935 году я закончил 3 класса. В 1935 году мы переехали по новому назначению отца в село Никольское. Сейчас оно в Астраханской области, а раньше вроде в Волгоградской было. Там  мы прожили с 1935 по 1939. Потом вернулись в Астрахань по месту работы отца. Он стал заведующим 4-й аптекой на улице Советской. И там жили мы при этой аптеке - заведующим аптеки предоставляли жильё. В 1948 году переехали на улицу Свердлова. В 1943 году я закончил 10 классов экстерном. 

В детские годы тяжёлыми были с  1932 по 1935 годы. Помню, что в это время голодно было. Наша семья – мать, отец и я, очень тяжело переносили это. Отец был знаком с директором хлебозавода, который оказался его односельчанином. Он выдавал нам пустую мешкотару из под муки, чтобы мы её выбивали. Так мы помогали и мешки вычищать, и остатками питались - мама могла хоть раз в неделю испечь несколько лепёшек.

Из сельских воспоминаний могу отметить только хорошую, чистую дружбу с ребятами нашего класса. Сначала для этого пришлось перенести кулачный бой с предводителем класса. Это было в 3 классе. После этого ребята приняли меня полностью в свою компанию. Мы на коньках катались, прикручивая их к валенкам. Хорошо проводили зиму. Село Никольское расположено на высокогорье. Там были буераки, овраги, хорошие спуски. Мы проводили очень много времени на открытом воздухе. И в летнее время ездили на велосипедах. Я хорошо запомнил эпизод с моим товарищем, нашим предводителем. Фурсов Василий, который решил продемонстрировать свою смелость. Спускаясь с Селаньтьевой горы на велосипеде, он стоял одной ногой на багажнике велосипеда, а двумя руками держался за руль без всяких тормозов. Не доезжая нескольких метров до самого низа, попался ему под переднее колесо кирпич. Он сильно покалечился, у него в нескольких местах была сломана правая рука, и ключица и рёбра поломаны были. Выжил. Был героем дня.

Я научился плавать только благодаря отцу именно в селе. У нас там была Комсомольская пристань. Папа познакомился с начальником пристани. Я там был своим человеком. И когда летом нечего делать было, мы туда ходили ватагой купаться на реку. А я пользовался привилегией, куда ребят не пускали, я имел доступ. И в один из таких дней, перемещаясь по перилам наружного ограждения дебаркадера, совершенно забыл, что он заканчивается не в самой носовой части, а не доходя до нее. Я задумался и свалился за борт. Хорошо, что успел научиться держаться на воде. При полной парадной форме и с бескозыркой я стал держаться на воде, наглотался, конечно, но меня стало затягивать под пристань. Начальник пристани бросил мне круг. Первый раз мимо. Второй раз натянул на шею. Стали поднимать – верёвка лопнула. И я опять бухнулся, бросили второй круг и меня всё-таки выволокли. Вода была холодная, так как дело было в середине мая, меня вытащили в полусинем состоянии. Одежду мою побросали на изгородь. А кто-то из сердобольных тётушек побежал моему отцу сообщить, что «не то ваш сын, не то сын врача, свалился за борт». И мне срочно папа прислал одежду с санитаркой при аптеке. Вот она принесла сухую одежду. Дождался, переоделся. Домой когда пришёл, с отцом был серьёзный разговор. А уж мама сразу обратила внимание, что вчера только дала новое бельё, а оно уже снова сушится. Нянька ей говорила: «ради Бога, только его не ругайте, не ругайте, он чуть не утонул!» Маме сразу от такого события стала радость на душе. Но на ноги меня быстро поставили – медработники всё-таки. А в школе на второй день меня всё спрашивали – не видал ли я там под пристанью кита. Шутили ребята в классе. Это наиболее яркие события. Не говоря уж о походах в сады, поездках по полям и в село. Папа был заядлым охотником в селе. Он ходил со своими знакомыми на лису, на волка. Один раз меня с собой взял. Так как надо было там лаять, а гончего пса не оказалось, я оказался в роли гончей - загонять лису в западню. Но это всего раза два было. А так мы рыбачили. Жили мы там материально хорошо. После голодных лет это самые яркие воспоминания. Так хорошо, так сытно, так много движения было, свежего воздуха, впечатления от реки, у нас там заводь была. Так что впечатлений много!

И я в 1941 году за 2 или 3 дня до начала войны вместе с группой наших ребят я совершал экскурсию вверх по Волге. На теплоходе с учителем географии. Кисловской Сергей Владимирович – чудеснейший человек. Изумительный. Из всех предметов, которые мы проходили в школе его - лучший. Он в 1939 году был репрессирован, как бывший белый офицер и прислан к нам преподавать географию. Был, по-моему, кандидатом географических наук. Очень начитанный, историю изумительно знал.

Он с нашими ребятами нами в 1941 году сделал две экскурсии. В 1940 - с учащимися старших классов на озеро Баскунчак и Эльтон.  А во вторую экскурсию и я попал. У нас группа была человек 20—25. Он запланировал третью экскурсию в Никольское. И я должен был быть гидом, потому что 3 года пробыл в Никольском. Он хотел собрать материал для кабинета географии. В прошлую экскурсию они уже собрали различные минералы, ботанические растения, корни, соли. А мы собирали в Красном Яру. Это за 35 км по прямой от Астрахани. Пешком мы за 2 дня дошли,  с ночевкой на молочной ферме. Там выступали вечером в клубе художественной самодеятельности. Я читал стихотворение «На смерть поэта». Успехом пользовался. Не только я, но и все наши ребята. Потом мы хором пели – когда по дороге шли, и там тоже. Концерт очень понравился, и нас угостили парным молоком. Все остались довольны, потому что такого количества парного молока мы не пили за всё свою жизнь. Через день отправились вверх по Волге в экскурсию на теплоходе. Как раз в день начала войны рано утром, можно сказать даже ночью высадились по просьбе нашего учителя. И оттуда мы пешком по берегу Волги шли по раскалённым пескам. День жаркий. Ребята измучились – пить хотят. Уже всё питьё, которое взяли с собой, закончилось. Из реки пить не разрешали. В одном месте нас пригласили и угостили настоящим калмыцким чаем. Это со снятым молоком, подсоленный и даже с салом. Вкус, конечно, непередаваемый. Познакомились с бытом калмыцкого народа. И когда уже подходили к Трусовской пристани – смотрим большое какое-то оживление. Сели в трамвайчик, слышим передачу по радио – на нашу страну напала гитлеровская Германия. Пришли домой – родители более подробно рассказали сообщение по радио.

В войну, в школьные годы я прожил в Астрахани. Наша задача была (мы сами уже вызвались помогать) -  лазили с отцом на крышу в вечернее и ночное время, чтобы охранять от зажигательных бомб. Но большей частью всё-таки ухитрялись бомбить. Сбросили на Ассадулаево – горело здорово, и на завод Ленина, как раз на их нефтяные баки. Тоже громаднейший пожар такой был. Тут наши ничего уже не могли поделать. Большое количество немецких самолётов было – и попали. Говорят, я сам не видел, что вроде одна бомба упала в канаву, взорвалась, не взорвалась, но особого вреда не причинила.

18 лет мне исполнилось в 1945 году. День победы я встретил в Ленинграде в Высшем Инженерно-техническом Краснознаменном училище военно-морского флота. И там по прибытию занимались в основном – пока я два года был на подготовительном отделении – два года занимались разбором завалов. На трамвайных платформах – восстановили, подали энергию. Уже тогда больше года как освободили Ленинград от немцев. Флот какой уцелел – тоже использовали свои мощности. И мы занимались восстановлением Ленинграда. Когда заговорило ленинградское радио – предупреждение о том, что сейчас будет передано важное сообщение – нас всех пригласили не выходить из своих аудиторий и казарм, в этот день даже занятия отменили. Сообщение ленинградского радио о завершении войны – победоносной войны против немецко-фашистких захватчиков – ребята восприняли с таким ликованием, бросались друг другу на шею, целовались, радость конечно неописуемая была, все прыгали бегали. Нам устроили торжественный обед, потому что это с утра было. И вместо обычной манной каши или пшённой на воде, потому что снабжение было не важное, где-то раздобыли даже рисовой каши – она была особая. И, по-моему, консервы были – по кусочку, и хлебушек двойную порцию. И затем – проявили самодеятельность такую, вызвались на работу, поехали и продолжили с удвоенной энергией вывозить разрушенные немцами здания.

исторический факультет АГУ