Главная
  Новости
  Интервью, эссе, воспоминания
  Каменная летопись войны
  Участники проекта
  Наши ветераны
  Ссылки
  Памятка участника
  О проекте
  О нас
Интервью, эссе, воспоминания (2010 год) > Университеты > Из воспоминаний Георгия Павловича Галкина

   Вот что вспоминал о войне мой прадедушка Георгий Павлович Галкин: «Я ушёл на войну в 1942 году. Под Харьковом попал в плен с тяжёлым ранением в ногу. Тогда было взято в плен 300 тысяч советских солдат и офицеров. Раненых добивали. Меня спасло то, что я назвался фамилией соседей, сказав, что я немец. Немецкие солдаты заставили других пленных тащить меня. Так я оказался в Руре.
В лагере для военнопленных было очень тяжело. Надсмотрщики, западные украинцы, относились к нам хуже, чем немцы. Например, плескали остатки кофе на стену и заставляли слизывать языком.
      Сначала я работал в шахте, добывал железную руду. Потом, когда в Германии объявили тотальную мобилизацию и мужчин стало не хватать, понадобились пленные, которые могли бы заниматься сельским хозяйством. А я всю жизнь был пастухом… И мне повезло – меня перевели на ферму семьи Бауэров. Хозяина фермы забрали в армию, он так и не вернулся. Заботились о ферме его мать и жена. Они оказались хорошими людьми, отнеслись ко мне по-человечески, мы даже ели за одним столом.
В хозяйстве было 25 коров. Надо было ухаживать за ними, доить, кормить, убирать. Молоко сдавали на маслозавод.
      Тогда я первый раз в своей жизни увидел белые простыни. В селе, где я родился, такого не было, ведь советская провинция в те времена жила небогато.
Когда подходили американцы, немцы велели собраться на площади всем военнопленным, работающим в провинции. Нас хотели расстрелять. Мои хозяйки уговаривали меня не ходить на площадь, предлагали где-нибудь отсидеться. Но я всё-таки пошёл, даже не знаю, почему. Ведь понимал, что иду на расстрел. Но американцы опередили немцев, высадив парашютный десант. И немцы разбежались, военнопленные остались живы.
      Оказавшись после войны в американской зоне, я опять не остался без работы. За годы, проведённые в плену, я довольно хорошо выучил немецкий язык, поэтому стал переводчиком у американского генерал-интенданта.
Интендант описывал немецкие склады. За время совместной работы мы подружились, и американец предложил мне уехать в Америку. Обещал устроить на работу, говорил о перспективах спокойной жизни. Но я отказался, хотя и понимал, что ждёт меня – военнопленного – в СССР. Я очень любил мать и сильно по ней скучал.
     Позже мать рассказывала мне, что долгое время не знала, жив ли я, даже советовалась с подругами, как подавать обо мне в церкви: «за здравие» или «за упокой». «Подавай “за здравие”», – говорили ей подруги.
Когда меня передали советской стороне, я стал заниматься демонтажом ткацкой фабрики и завода по производству аккумуляторов. Потом мне разрешили, наконец, вернуться домой.   
    В родное село я приехал богачом, с двумя чувалами ниток. Из этих ниток мать, Елизавета Ивановна Галкина, ещё долго вязала носки и чулки.
Вернулся я в конце 1945 года, награждённый орденом «Отечественной войны I степени» и медалью «За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941–1945 гг.».
Конечно, как военнопленного, меня постоянно вызывали в КГБ и требовали просматривать альбомы с фотографиями диверсантов. Надеялись, что я кого-нибудь узнаю...»
     К сожалению, Георгий Павлович не дожил до того времени, когда стало возможным открыто говорить о пережитом им в немецком плену. Если бы он узнал, что я могу всё это рассказать другим людям, то испугался бы, прежде всего, за своих близких. Обидно, что человек полжизни прожил в страхе: сначала перед фашистами, потом перед своей страной. А ведь то, что он выжил в страшное военное время, – это подвиг. Светлая память…

Студентка 2 курса факультета педагогики и социальной работы Е. Палаткина