Главная
  Новости
  Интервью, эссе, воспоминания
  Каменная летопись войны
  Участники проекта
  Наши ветераны
  Ссылки
  Памятка участника
  О проекте
  О нас
Интервью, эссе, воспоминания (2010 год) > г.Астрахань > Из воспоминаний Валентины Васильевны Старковой-Шабровой

    Мой отец – Старков Василий Гаврилович, мама – Старкова Наталья Ивановна. Была у нас большая и дружная семья. Война разорила наше гнездышко. Были три брата и две сестры, а сейчас остались я и брат – Старков Вячеслав Васильевич, проживающий в селе Травино Камызякского района. Два брата и сестра умерли.
    Когда началась та проклятая война, старшему брату было девять лет, мне – шесть, Славику – четыре годика, Елизавете – два. Помню, как провожали папу с другими сельскими мужиками, которых тоже призвали на фронт. Это было в первый месяц войны. Погрузили на большой паром и повезли в Астрахань.
Баркас долго не мог отойти от пристани. А с нее и с берега кричали женщины и дети, махали платками. Кто-то забрел в воду и цеплялся за паром.
     Мама была уже беременна братом Василием. Он родился 28 марта 1942 года, а убили папу шестого февраля того же года. Погиб на Украине. Похоронен в братской могиле в селе Староварваровка Донецкой области. Мы потом ездили не раз на эту могилу. Теперь-то уж не сможем - и старые, и на нашу пенсию не поедешь. Всё дорого. Билеты вон сколько стоят.
     Наша мама и мы, другие семьи сельчан, не дождались своих мужей. У нас в Травино взяли на войну даже двух девушек Еранцеву Евдокию и Дрюкову. Имя последней забыла. Обе они не вернулись. Папа, конечно, не знал, что у него родился сын.
Из нашего рода погибли на поле брани:

Василий – мой отец,
Александр – отец моего мужа,
Николай – мой крестный,
три Федора: моей тетки сын, мужнин дядя и моей тетки муж,
Василий Меньшов – другой тетки муж,
Михаил – родной брат моей снохи…

      Папа с фронта прислал одно письмо и одну фотографию. Без него детства своего настоящего не познали. С малых лет стали работать. Брат Алексей с 12 лет уже рыбачил в лодке с мужиками. Мама работала в рыбкоопе на заготовке топлива. Косила камыш, чакан. Нужно было заготовить 150 снопов и сдать их бригадиру. Мама поднимала нас затемно утром. Шли в ильмень. Снега лежали высокие. Пробирались по ним. Накосишь камыша и надо пучки вытащить на берег. Мама всегда шла впереди. Лицо у нее становилось сизым от мороза. Я даже боялась за нее. Идет, поплачет немного и опять идет. Иногда говорила, что когда накосим камыша, она нам с братом даст хлеба. Только где она могла взять хлеб?   В селе голод, нужда… Идешь в ильмене по глубокому снегу: на одной ноге лапоть, на другой – поршень из бычьей кожи. Ноги всегда мокрые. Простывали с братом, болели. Вот такое нам выдалось детство.
        Потом маме дали в рыбкоопе другую работу – в пекарне. Мы с братом помогали ей по ночам, а утром шли в школу. Придем в класс и чуть что, прямо за партой засыпали. Наша учительница, Вера Васильевна Борисенко, видит, что мы «никакие», и отправляет нас домой.
        Отца я своего помню хорошо. Высокий, красивый. Рыбаком был удачливым. С моря часто привозил нам самодельные игрушки. Мне валек со скалкой привез, а другим ребятишкам лодочки вырезал. Проклятущая эта война, все поисковеркала в жизни. Столько сирот оставила на земле!
         В 1967 году нам сообщили, что нашли место гибели нашего отца. От кого – не помню. Сообщили, чтобы мы приехали на перезахоронение. Нашли его 1 февраля, а 6 февраля лишь мы письмо получили с просьбой выехать. Мы не смогли.
Поехали на День Победы. Встретили нас с цветами, пионеры были, представители совхоза, директор школы, председатель сельского совета. Это в селе Староверовка Александровского района Донецкой области. Там узнали подробности о гибели отца. Он со своими солдатами находился на одной улице села, а немцы на другой. Бой был жестоким.    
Как рассказали нам, впереди у наших солдат была большая балка, и они через нее пошли в атаку. Тут раздался сильный взрыв, и отец оказался на дне этой балки, засыпанный землей. Когда нашли его, рядом оказался автомат, шинель, белый халат, за отворотом валенка - нож-финка. В одном кармане -письмо, написанное маме, в другом – семечки и шапка.
         По словам председателя сельского совета, прибывший по вызову из Москвы человек все эти вещи забрал и обещал вызвать нас. Но так и не вызвали. Мы потом сами несколько раз ездили на братскую могилу в это украинское село. В ней захоронены останки 917 человек. Привезли на родину папы и землю с той могилы. Когда привезли эту землю, мама взяла ее и сильно-сильно рыдала. Мы все боялись, что случится непоправимое с ее психикой. Оно так и произошло. Теперь мы больные и старые. Почти сорок лет я работала на Астраханском консервном заводе.
         Наши отцы погибли молодыми, матери овдовели в 25-30 лет. Они сделали все, чтобы мы не умерли от голода. Да, мы рыли корни, мерзли и дома, и в холодных школьных классах, питались бог знает чем. Но все-таки выжили. Мы сегодня живы, только, сожалению, оказались ненужными никому. Каких только у нас нет болезней!.. Но главная та, что нас не понимали и не понимают до сих пор. Со своими нуждами, своими поисками хоть каких-то облегчительных для нашей жизни льгот куда только ни обращались!.. Всюду одни тупики, всюду равнодушие. Так как же не будет болеть душа? Она же пока еще живая, как жива наша память об отцах. Вот она собрала нас всех, оставшихся в живых, на могиле отца мужа, деда Старкова Василия Гавриловича.

Из книги:  А мы отцов  не дождались /  Под ред. Р.И. Саблиной и др. – Астрахань: «Полиграфком», 2008. – 324с.